Студия аутентичного фольклора «Ильинская пятница»
Студия аутентичного фольклора «Ильинская пятница»

Главное меню Главная страница
Главная страница
Общая информация
Новости студии
Дискография
Новости вокруг
Latvieshu valodaa
На русском языке
In English
Статьи С.Оленкина
Рефераты
Методички
Отчеты
Песни
.:: Фотогалерея ::.
Фотографии участников
«Олень по бору...» 2009
Baltica 2009
Фестиваль масок в Дагда
Там по маёвуй роси 2006
Там по маёвуй роси 2005
На фестивалях
Народные исполнители
Рукоделие
Наша история
Наша коллекция
Обложки компакт-дисков
---===---
Контакты
Фотогалерея
Поиск по сайту
Схема сайта
Архив новостей
Рекомендуйте нас
Ссылки
Гостевая книга

Свежие новости

Кто online
Сейчас на сайте:
Гостей - 1

---===---



Методика освоения материала Зимних Святок

Версия для печати Отправить на e-mail

В белорусско-украинской традиции существовали специальные тексты, с которыми обращались ко всем членам семьи: хозяину, хозяйке, детям и т. д. Особенное место занимают колядки незамужним девушкам с пожеланиями выйти замуж. В русской традиции обряд колядования в этом смысле упрощён: «в колядках и овсенях средней России и Поволжья специализация по конкретным лицам почти полностью отсутствует,— они имеют значение обобщающих песен, посвящённых всей семье в целом» [ Там же. Стр. 28].
Интересно, что день, когда исполнялись колядки, сами колядующие, и дары, которые они получали назывались одним словом: «коляда». Относительно даров обобщённо можно сказать, что наиболее древней является традиция дарить колядовщикам фигурки животных и птиц, выпеченные из теста. К Святкам у многих народов выпекался специальный хлеб («крачун», «калач» и др.).
Слова «баранки» и «коровай» между тем этимологизируются от «баран» и «корова». «Этимологические связи подобного рода могли бы служить аргументом в пользу мнения о том, что фигурное тесто заменило собой жертвенное животное. Во всяком случае целый ряд данных относительно выпечки и применения обрядового хлеба – и особенно стремление раздать его как можно больше – свидетельствует о том, что его готовили как жертву. В этом случае более понятными становятся многочисленные традиционные формулы угроз в славянских колядных текстах типа: «Кто не даст пирога – уведу корову за рога…» [ Там же. Стр. 139]. Гипотеза подтверждается тем, что часто колядовщики просят свиные ножки («дайте ножку в заднее окошко»), кишку, колбасу (киубасу), которые приготовлялись из специально заколотого к Святкам животного. Фигурки животных из теста часто скармливались самим животным, что, предположительно является ритуалом, направленным на увеличение приплода скота.
Д. Зеленин доказал, что «некогда существовало представление о единстве духов умерших, домового и скотины» [ Там же. Стр. 142].
В целом можно «рассматривать варианты «раздачи» обрядового хлеба в формах одаривания «божьих гостей», «непростых гостей» — колядников, а также скармливание скоту, выбрасывания в печь, в проточную воду, закапывания в землю и пр.,— как взаимозаменяемые способы передачи умершим родственникам (опекунам дома и хозяйства) ритуальной пищи, которую специально для них готовили» [ Там же. Стр. 142].
В этом свете понятно отношение хозяев к колядующим: крестьяне ревностно следили, чтобы группы колядующих не обошли их дома, обязательно его посетили. При этом колядовщики часто воспринимались с оттенком почтения и страха. Хозяева всячески пытались задобрить пришельцев, всячески им угодить, т. к. от расположения предков зависело благополучие их жизни, плодородие, урожайность земли, приплод скота, рождение детей.
Несколько слов об исполнительской манере колядного материала: «русские вступительные формулы, знаменующие начало колядования, обычно очень кратки и содержат лишь одну основную просьбу – разрешить колядовать, причём весьма последовательно при этом используется фразеология, включающая глаголы «покричать» коляду (или овсень), «кликать», «сказать»,— и почти никогда: «спеть». Например, такое вступление: «Хозяин с хозяйкой, велите овсень прокликать!» — «Кличьте». Многочисленные свидетельства собирателей о том, что «колядки не пели, а кричали и что «усень не песня, усень – кричат», проясняют исполнительскую манеру среднерусского колядования, которая — по мнению К. В. Квитки – отражала древние представления о способах воздействия на силы природы» [ Там же. Стр 115]. Это объяснение можно представить в более конкретной форме, исходя из известного нам о характере восприятия обрядово-праздничной действительности в традиционной культуре: «нарушение норм», в том числе и звуковых (изменение тембра голоса, пение резким, форсированным звуком в высоких тесситурах и т. д.) является характерным для обряда как такового (нормативный аспект).
Возможно и более простое объяснение – колядовщики общались с хозяевами сквозь окно, и громкость исполнения обусловлена особенностями коммуникативной (в данном случае аккустической) ситуации (коммуникативный аспект).

 

Добавить комментарий

:D:lol::-);-)8):-|:-*:oops::sad::cry::o:-?:-x:eek::zzz:P:roll::sigh:


Автотранслитерация: выключена


Защитный код
Обновить

Следующий документ »



Все права принадлежат их обладателям. Остальные - © Традиция. 2004-2016
Яндекс цитирования